Курдин — о решении IIHF по России и Белоруссии: «Кто дал им право судить целые страны? Говорят о демократии, а поступают как диктаторы»
Первый тренер нападающего «Тампы-Бэй Лайтнинг» Никиты Кучерова Геннадий Курдин жестко высказался о позиции Международной федерации хоккея (IIHF), которая вновь подтвердила сохранение отстранения сборных России и Белоруссии от всех турниров под ее эгидой. В интервью он раскритиковал руководство организации, поставив под сомнение как правомерность, так и моральную сторону подобных решений.
Санкции, введенные еще в 2022 году, продолжают действовать: национальные команды России и Белоруссии не допускаются к чемпионатам мира, юниорским и молодежным первенствам, а также другим международным соревнованиям под управлением IIHF. На этом фоне слова Курдина звучат как эмоциональная реакция не только тренера, но и человека, который всю жизнь работает в хоккее и видит, как целые поколения спортсменов оказываются за бортом большого спорта.
Курдин подчеркнул, что не понимает, на каком основании отдельные функционеры присваивают себе право решать судьбы целых стран и тысяч спортсменов:
«Какое право они имеют? Кто они вообще такие? Почему они выбирают, кого наказывать, а кого нет? Одни страны отстраняют, другие — нет, по какому принципу это происходит? Кто здесь прав, а кто виноват, до конца не знает никто. В древности, когда проводились Олимпийские игры, войны приостанавливались, все имели право выступать. А сейчас получается наоборот: вместо того чтобы объединять спортом, одних просто вычеркивают».
Отдельно Курдин прошелся по риторике западных структур, которые постоянно говорят о демократических ценностях и равных возможностях, но поступают, по его мнению, прямо противоположным образом:
«Они называют себя демократами, постоянно рассуждают о равноправии, о правах человека, но в реальности ведут себя как люди, лишенные совести. Отстранять целое поколение – это варварство. Дети и молодежь, которая ни в чем не виновата, лишаются шанса сыграть на юниорском и молодежном чемпионатах мира, пройти путь, который обязателен для большого спорта. Это что, их представление о справедливости?»
Тренер напомнил и про Кучерова, который при всей своей звездной карьере в НХЛ ни разу не сыграл на Олимпийских играх:
«Тот же Кучеров — один из сильнейших игроков мира — не принял участия ни в одной Олимпиаде. И это не из‑за уровня игры или формы, а из‑за решений людей, которые решили, что могут распоряжаться судьбами спортсменов. Кто эти люди? Почему они считают себя вправе играть роль богов, вершителей судеб? Такое ощущение, что они живут в своем мире и не понимают, чем оборачиваются их решения для живых людей».
Особое возмущение у Курдина вызвало то, что под ограничения попали в том числе юношеские и молодежные соревнования. Хотя в декабре 2025 года Международный олимпийский комитет рекомендовал международным федерациям не перекрывать дорогу молодым спортсменам из России и Белоруссии и не лишать их участия в юношеских турнирах, IIHF по сути проигнорировала этот подход, предпочтя сохранить жесткую линию в отношении сборных на всех основных уровнях.
«Нам постоянно рассказывают про безопасность, про какие‑то риски, – продолжил Курдин. – Так обеспечьте эту самую безопасность. Проводите соревнования там, где можно организовать нормальные условия, где все будут защищены. Это вопрос организации, а не повод на годы вычеркивать целые страны из международного спорта. Отстранить молодежь — это не о безопасности, это о политике и слабости. Так поступать с детьми и юниорами — подлость».
По его словам, спортивные функционеры фактически лишают сотни молодых хоккеистов шанса проявить себя на высшем уровне:
«В хоккее путь наверх обычно проходит через юниорские и молодежные чемпионаты мира. Там тебя видят скауты, там ты набираешься опыта, учишься играть под колоссальным давлением. Когда поколения российских и белорусских ребят лишают этого, им просто ломают карьеру еще до того, как она началась. Многие из них могли бы стать звездами, могли бы сделать спорт ярче, но им тупо закрывают дверь».
Курдин отмечает, что спорт исторически задумывался как пространство, где люди соперничают по правилам, а не расплачиваются за политические конфликты:
«Спорт всегда был тем местом, где разные страны могли встретиться на льду или поле, а не на поле боя. Сейчас же этот принцип разрушен. Вместо честного соперничества — карательные меры. Вместо уважения к спортсмену — коллективное наказание. Это противоречит самой идее международного спорта и тем ценностям, о которых они так любят громко заявлять».
Он считает, что решения подобного масштаба нельзя принимать кулуарно, ограниченным кругом руководителей, без открытого обсуждения с профессиональным сообществом хоккеистов, тренеров и специалистов:
«Понятно, что у любой федерации есть устав и свои процедуры. Но когда речь идет о судьбах тысяч людей, о развитии вида спорта целых стран, нельзя просто собраться в кабинете и махнуть рукой: этих допускаем, этих вычеркиваем. Должен быть прозрачный процесс, аргументы, ответственность за последствия. Однако сейчас складывается впечатление, что перед нами группа людей, которые не чувствуют ни меры, ни ответственности».
Отдельной проблемой, по мнению Курдина, станет разрыв в уровне международного хоккея, если ведущие хоккейные школы долгое время остаются вне системы официальных турниров:
«Россия и Белоруссия всегда поставляли на мировую арену огромное количество мастеров. Убирая их из системы, IIHF обедняет сам мировой хоккей. Чемпионаты мира без сильнейших — это уже не полноценные турниры, а усеченные соревнования. Болельщики это тоже понимают: когда нет сильнейших сборных, уровень интереса и доверия к турниру падает».
Тренер уверен, что нынешняя ситуация бьет не только по игрокам, но и по тренерской школе, по работе детских и юношеских академий:
«Молодому тренеру нужно видеть, как его воспитанник идет вверх по ступенькам — от детского хоккея до сборной. Это мотивирует самих наставников, дает смысл их работе. Когда же вершина пирамиды искусственно срезана, когда ты знаешь, что твой парень никогда не поедет на чемпионат мира за сборную, — это удар по всей системе. В какой‑то момент люди просто могут опустить руки».
Курдин также подчеркнул, что подобные санкции неизбежно отражаются на психологическом состоянии самих спортсменов:
«Представьте себе 17‑летнего или 19‑летнего парня, который с детства мечтал сыграть за свою страну на чемпионате мира, а ему говорят: «Тебя не будет там не потому, что ты слабый, а потому что кто‑то принял политическое решение». Это колоссальная внутренняя травма. Не каждый выдержит такое давление и найдет в себе силы продолжать карьеру».
По его словам, разговаривать о равных возможностях и честной конкуренции в такой ситуации бессмысленно:
«Когда часть сильнейших игроков мира сознательно не допускают к международным стартам, говорить о «равных условиях» — просто лицемерие. Сильнейший должен определяться на льду, а не в кабинетах чиновников. Если кто‑то боится конкуренции, то честнее прямо сказать об этом, а не прикрываться лозунгами о демократии и правах человека».
Курдин убежден, что рано или поздно международный хоккей все равно столкнется с необходимостью пересмотра этой политики, потому что долгосрочные последствия окажутся разрушительными для всего вида спорта:
«Можно сколько угодно изображать принципиальность, но время все расставит по местам. Нельзя бесконечно удерживать сильные хоккейные страны за бортом. Иначе мировая арена превратится в закрытый клуб, где будут разыгрывать медали между «своими», а реальной конкуренции уже не останется. В итоге пострадает сам хоккей, а не те, кого пытались наказать».
Завершая свою мысль, Курдин еще раз вернулся к теме ответственности тех, кто принимает подобные решения:
«Когда люди играют судьбами целых поколений спортсменов, нельзя относиться к этому легкомысленно. Они не имеют права чувствовать себя богами, которые одним росчерком пера решают, кому жить мечтой, а кому — смириться с закрытой дверью. Если ты берешь на себя такую власть, должен хотя бы осознавать, насколько это тяжело и несправедливо для тех, кого ты даже в глаза не видел».
По мнению Курдина, единственный путь к восстановлению справедливости — возврат к базовому принципу: спортсмен отвечает только за себя, за свою работу, свою игру и свою дисциплину, а не за решения политиков и чиновников:
«Спорт всегда объединял людей разных языков, религий и взглядов. Как только мы начинаем наказывать спортсменов за то, к какой стране они принадлежат, — мы убиваем саму суть спорта. Пока этого не поймут наверху, страдать будут именно те, кто меньше всех заслужил это — дети, молодые игроки, тренеры, болельщики. Это главное, о чем, по‑моему, они даже не задумываются».