Инфантино предложил закрепить в уставе ФИФА запрет на отстранение сборных по политическим причинам
Президент Международной федерации футбола Джанни Инфантино заявил, что ФИФА должна всерьез задуматься о пересмотре своих норм и официально зафиксировать в уставе принцип: ни одна национальная команда не может быть лишена права выступать в международных турнирах из‑за политических обстоятельств или решений властей своей страны.
По словам Инфантино, футбол должен оставаться площадкой для диалога и взаимодействия, а не инструментом политического давления. Он подчеркнул, что спортивные санкции против сборных, основанные не на нарушениях футбольных правил, а на политике, противоречат идее объединяющей роли игры.
Особое внимание к этой теме вновь возникло на фоне продолжающегося отстранения российских клубов и национальных команд от турниров под эгидой УЕФА и ФИФА. Это решение действует с 2022 года и связано с ситуацией на Украине. Формально оно оформлено как реакция на внешнеполитический кризис, однако фактически ударило по спортсменам и болельщикам, которые не принимают политических решений.
— Кто‑то должен поддерживать эти связи, — отметил Инфантино, подчеркивая, что именно футбол способен сохранять контакты между странами в периоды напряженности. По его словам, разрыв спортивных отношений лишь усиливает изоляцию и усложняет перспективы для будущего диалога.
Глава ФИФА отдельно уточнил, что необходимо «закрепить в уставе положение о том, чтобы никогда не запрещать ни одной стране играть в футбол из‑за действий политических лидеров». Такой подход, по его мнению, должен стать фундаментальным принципом для всей мировой футбольной системы и защитить национальные команды от решений, продиктованных конъюнктурой или внешним давлением.
Инфантино также прокомментировал призывы к возможному бойкоту чемпионата мира 2026 года, который пройдет в США, Канаде и Мексике. Часть общественных деятелей и политиков в ряде стран ранее выражали недовольство и опасения, связывая турнир с вопросами миграционной политики и безопасностью в США. В частности, критика звучала в адрес жестких подходов к иммиграции, проводимых администрацией Дональда Трампа, и последствий этих решений для имиджа принимающей стороны.
Тем не менее, Инфантино заявил, что не видит оснований для тревоги по поводу возможного массового бойкота турнира. По его словам, ни на уровне крупных спонсоров, ни в дипломатических кругах не было официальных призывов отказываться от участия в чемпионате мира 2026 года. Бизнес‑структуры и государства, подчеркнул он, рассматривают мундиаль прежде всего как спортивное и экономическое событие глобального масштаба, а не как площадку для политических демаршей.
Чемпионат мира 2026 года станет особенным сразу по нескольким причинам. Он пройдет с 11 июня по 19 июля на территориях трех стран — США, Канады и Мексики, что само по себе является беспрецедентным форматом для главного турнира планеты. Кроме того, впервые в истории финальная стадия мундиаля расширится до 48 национальных сборных, что увеличит количество матчей и даст шанс большему числу команд пробиться на турнир.
Среди принимающих городов — канадские Торонто и Ванкувер, где запланировано проведение 13 встреч турнира. Это подчеркивает растущее значение Канады на футбольной карте мира и интерес ФИФА к развитию игры в Северной Америке в целом. Ожидается, что расширение числа участников и географии матчей приведет к рекордным показателям по аудитории и доходам от коммерческих прав.
Все игры финальной стадии чемпионата мира 2026 года планируется показать в прямом эфире на российском телевидении: «Матч ТВ» обладает эксклюзивными правами на трансляцию матчей турнира. Это особенно важно для российских болельщиков, учитывая, что их национальная команда в настоящее время лишена возможности участвовать в официальных турнирах под эгидой ФИФА и УЕФА. Возможность хотя бы наблюдать за мировым первенством в прямом эфире частично компенсирует отсутствие собственной сборной на международной арене.
Заявление Инфантино о необходимости запрета политически мотивированных отстранений сборных поднимает более широкий вопрос: где проходит граница между спортом и политикой? Формально ФИФА и другие международные спортивные организации традиционно подчеркивают свою внеполитичность, однако на практике спорт не раз становился инструментом давления, санкций или демонстрации позиций государств.
Примеры вмешательства политики в футбол можно найти на разных этапах истории. От отдельных бойкотов турниров до запретов на проведение матчей и дисквалификации национальных ассоциаций — решения нередко принимались не только по спортивным мотивам. Именно поэтому нынешняя инициатива Инфантино направлена на то, чтобы укрепить правовые механизмы, защищающие футболистов и болельщиков от последствий политических конфликтов.
С точки зрения руководства ФИФА, формальное закрепление принципа «не наказывать сборные за действия политиков» может стать важным шагом в защите автономии футбола. Такая норма осложнит принятие решений об отстранении команд по причинам, не связанным с нарушением регламентов, договорных матчей, коррупции или иных непосредственно футбольных преступлений. Вместе с тем очевидно, что дискуссия вокруг этого вопроса будет острой: многие государства и организации считают, что в исключительных ситуациях спортивные санкции остаются инструментом давления.
Юристы и спортивные аналитики уже указывают, что реализация подобной идеи потребует осторожного подхода. С одной стороны, ФИФА не может игнорировать международное право и возможные решения межгосударственных структур. С другой — организация обязана защищать принципы равенства и доступности соревнований для всех членов. В случае, если норма об абсолютном запрете политических отстранений будет закреплена в уставе, ФИФА может оказаться между требованиями отдельных государств и собственными правилами.
Для России и ее футбольного сообщества эта дискуссия имеет особое значение. Продолжительное отсутствие российских команд на международной арене уже влияет на развитие футбола внутри страны: падает уровень соревновательной практики, уменьшается интерес со стороны зарубежных клубов к российским игрокам, сокращаются трансферные контакты и возможности для обмена опытом. Появление в уставе ФИФА норм, ограничивающих политические санкции, теоретически могло бы стать основанием для пересмотра действующих решений в будущем.
В то же время сама по себе инициатива Инфантино не означает автоматического возвращения какой‑либо сборной или клуба в международные турниры. Процесс изменения устава — сложный и длительный: потребуется согласие большинства национальных ассоциаций, подготовка юридически выверенных формулировок и выработка механизмов применения новых правил. Тем не менее, сам факт публичного заявления главы ФИФА показывает, что в организации осознают необходимость переосмыслить практику санкций, затрагивающих целые футбольные системы.
Важно и то, что предстоящий чемпионат мира в Северной Америке станет тестом для заявленной Инфантино линии на деполитизацию футбола. В условиях растущей напряженности в мире ФИФА предстоит обеспечить проведение турнира таким образом, чтобы внимание было сосредоточено на игре, а не на политических спорах вокруг принимающих стран. Если организация сумеет отстоять эту позицию и избежать расширения призывов к бойкотам, это укрепит ее аргументы в пользу отделения спорта от политической конъюнктуры.
Таким образом, дискуссия, поднятая Инфантино, выходит далеко за рамки текущей ситуации вокруг отдельных стран. Речь идет о будущем модели мирового футбола: останется ли он пространством, где в первую очередь важны спортивные принципы и конкуренция на поле, или окончательно превратится в продолжение международной политики другими средствами. Ответ на этот вопрос во многом будет зависеть от того, удастся ли ФИФА закрепить провозглашенные принципы не только на бумаге, но и в реальной практике принятия решений.